ЭРМИТАЖНАЯ СЕНСАЦИЯ: «ТИЦИАН. ПОСЛЕДНИЙ ШЕДЕВР: ″СВЯТОЙ СЕБАСТЬЯН″»
До 27 сентября в Государственном Эрмитаже экспонируется после реставрации легендарное полотно Тициана Вечеллио «Святой Себастьян». Шедевр XVI века поступил в собрание музея в 1850 году в составе знаменитого венецианского собрания Барбариго. Реставрация полотна продолжалась три года и завершилась сенсаций: во время восстановления авторской живописи «Святого Себастьяна», написанного в революционной технике «pittura a macchia» — «живописи пятнами» — в красках Тициана был обнаружен фиолетовый пигмент, получаемый из флюорита. В палитре мастера он обнаружен впервые, а ранее его в единичных случаях находили в работах мастеров северных школ. Экспозицию дополняют образцы природных минералов, из которых изготавливали краски, использованные при создании картины.
Выставка одной картины приурочена к 450-летию со дня смерти художника. «Это не просто реставрация, это высоконаучная работа на фоне массовой коммерческой реставрации, которая выявляет детали, созвучные нашей эпохе. То, что мы делаем, — это назидательный пример консервативной реставрации, доказывающий, что Эрмитаж остается эталоном в сохранении мирового культурного наследия», — отметил генеральный директор Государственного Эрмитажа Михаил Пиотровский.
Благодаря филигранной реставрации одно из величайших полотен Тициана в буквальном смысле заиграло новыми красками: выяснилось, что что глаза у святого Себастьяна синие, а волосы не коротко подстрижены, а ниспадают на плечи крупными локонами. Реставраторы вдохнули в полотно жизнь: вернули произведению световые рефлексы, сложную моделировку объема, контрастное освещение и преобразило пейзаж. В нижней части картины проступили сломанные стрелы — их оказалось значительно больше, чем было видно прежде, а также воинская кираса, ствол дерева и четкий рисунок сандалий.
Тициан писал «Святого Себастьяна» в 1576 году, в охваченной чумой Венеции. В эту работу живописец вложил не только мольбу к небесному заступнику в дни Черной Смерти. «Святой Себастьян» — одновременно и образец стойкости в мученическом страдании перед неизбежностью смерти, и символ обретения силы, которую подпитывает твердость веры.
